Случай из практики Рима Ахмедова

Памятен мне один удивительный случай. В феврале 1993 г. попросили у меня настойку болиголова для больной Натальи О., 1956 г. рождения. За семь месяцев до этого ей была удалена грудь. Вскоре появились боли в бедре, стала хромать, затем и вовсе слегла. Обнаружились метастазы, в том числе и в матку. Больная уже не вставала с постели. На лечение я ее не смог взять, но на всякий случай записал в свою тетрадку историю болезни. Болиголов ей не пошел. Родственница, приходившая за лекарством, попросила: нет ли настойки красного мухомора? Была у меня такая настойка. Дал. Недели через три-четыре снова пришли: Наталья на ладан дышит, нет ли чего-нибудь посильнее болиголова с мухомором? Тогда я дал настойку борца высокого – аконита, одного из самых ядовитых у нас растений. Научил как пользоваться: только наружно, на кратковременные примочки, помогающие утихомирить боль.
За ходом лечения я не наблюдал, больную в глаза не видел, и невольно закралось в душу подозрение, когда ее родственница слишком зачастила за борцом – одной поллитровки настойки едва хватало на 3 – 4 недели. Уж не употребляют ли ее на какие-нибудь другие цели? Но, как выяснилось потом,
примочки ставили больной не 1 – 2 раза в сутки и не на час, а в несколько раз чаще и даже оставляли на ночь. Мало того, давали настойку внутрь, сначала каплями, затем чуть ли не по чайной ложке три раза в день – мол, вдруг поможет, ведь все равно вот-вот помрет. Признаков отравления не наблюдалось – ни рвоты, ни слюнотечения или судорожных припадков не было. Напротив, общее состояние больной постепенно улучшилось, она начала приподниматься в постели, появился аппетит. Боли понемногу отступали, набухшие ужасными багрово-синими узлами опухоли на груди и в промежности стали бледнеть, уменьшаться в размерах. Никаких перерывов в процессе лечения не делали. В конце октября больная поднялась на ноги. Родственница рассказывала: «Ворчит, сердится на детей за беспорядок в квартире, недовольна то тем, то этим. Видела бы себя со стороны, какой была несколько месяцев назад, жаль на пленку не записали…» А осенью 1994 года Наталья лихо отплясывала на свадьбе старшей дочери.
Моей заслуги тут не было никакой. Я всего лишь готовил снадобье из корней борца высокого, причем родственники больной распоряжались им на свой лад, взяв на себя всю ответственность. Люди грамотные, в достаточной степени знакомые с траволечением, они сумели правильно распорядиться полученным лекарством. Наградой им было выздоровление близкого человека, матери троих детей